Тюмень на рубеже веков

Вышла в свет новая книга доктора исторических наук Анатолия Кононенко "Тюмень на рубеже веков: город и его жители в 1900-1917 гг.". Я решила приобрести ее для своей домашней библиотеки, с этой целью зашла в магазин. Стою у книжной полки, бегло просматриваю труд и вдруг вижу, подходит автор.

– Анатолий Анатольевич, автограф не черкнете? – обратилась к нему и добавила: – Предыдущую вашу монографию прочла. Видели бы, что я с ней сделала. Испещрила страницы пометками.

– Это, Елена, маргиналии! – воскликнул ученый. – Как прочтете книжку, скажите свое мнение.

Иду домой, рассуждаю: быть маргинальным очень плохо: сознание, что ты на краю, ничего в тебе прочного и подлинного… Принялась изучать труд Кононенко, а в душе так и свербит: "Что ж такое – эти самые маргиналии?". Взяла словарь иностранных слов и прочла: "маргиналии – пометки на полях книги или рукописи". А я, понимаешь, обижалась…

К чему это пишу? Каждый день следует наполнять новыми знаниями, а не пустячными суетными делами. Народная мудрость о том же: "Век живи, век учись".

Анатолий Кононенко неустанно изучает историю Тюмени, для него важны первоисточники, он ученый, идет своим путем к новым вершинам, и как результат – монографии, конкретный вклад в историческую науку.

В написанных краеведческих книгах советской эпохи идеологическая шелуха вытеснила факты, живые интересные детали событий; происходящее трактуется предвзято или искажается. Анатолий Анатольевич объективно подает историю, раскрывает нам глаза на многие вещи, и Тюмень предстает в новом ракурсе, понимаешь поступки горожан, живших сто лет назад.

Высказанные автором мысли мне лично созвучны. "Познание прошлого – всегда самопознание, проникновение в мир собственных предубеждений, в их природу, – отмечает А. Кононенко: – Сегодня очевидно, что корни нашей бытовой небрежности и неустроенности имеют не политическую и даже не экономическую природу, а культурную и лежат в сфере простонародных толкований жизни власти, человеческих взаимоотношений и ответственности за происходящее. Бытовая неопределенность, отсутствие вкуса к комфорту, неумение ценить свое и чужое время, непочтительность к закону и собственности – все это сидит в наших головах, а не в институтах".

Автор анализирует повседневную жизнь города в последние годы самодержавия, изучает общественные и политические представления тюменцев. И что важно для читателя – пишет увлекательно и содержательно.

Вот, например, как жил городской район, ставший через век центральной частью Тюмени. "На городской окраине (при пересечении нынешних улиц 50 лет Октября и Горького) находился Табор. Скотину там били простым способом: молотом в лоб, а потом ножом к горлу. На выезде из города (в районе современного сквера Николая Машарова), сразу после железной дороги на станцию Тура, находилось кузнечное предместье, где, поднимая лошадей на самодельных санках, кузнецы подковывали животных и ремонтировали телеги. Слева и справа от кузнечного предместья находились Сараи – жуткое скопище лачуг и землянок, из щелей которых выползали по ночам разбойники и забулдыги. Кастет и нож гуляли по переулкам Сараев с вечера и до утра. Утром обитатели окраин погружались в непробудный хмельной сон, чтобы вечером снова выйти в дорогу. Эликсир забвения выступал стимулом миража "счастливой жизни", той, к которой стремились обитатели Сараев.

В Тюмени существовал специфический термин, определявший группы молодых людей, бесцельно шатающихся по городу в поисках выпивки и развлечений. Они часто задевали прохожих, флиртовали с дамами. В местной печати такие люди получили прозвище "парижан". Например, в одной из статей отмечалось, что в "трущобной" пивной Евдокимова в ночь на 20 августа 1901 г. известный "парижанин" Дмитрий Хворостов устроил поножовщину и был сам убит".

Центр города столетней давности тоже был далек от совершенства. В 1913 году в Тюмени располагалось 115 пивных лавок! По этому поводу потомственный дворянин, гласный городской Думы П.И. Кремлев отмечал: "Трактирный промысел – рассадник хулиганства и других пороков. Существование таких трактиров-гостиниц уже известно на всю губернию своим предназначением, вывески которых ошибочно гласят "для приезжих", недоступны в центре города, и место им на Новой улице". Ныне это улица Профсоюзная, на ней были размещены дома с красными фонарями.

Анатолий Кононенко приводит любопытную заметку, опубликованную в газете "Сибирский край" в 1907 году: "По Царской улице, в нижнем этаже дома Шайчика, производится с утра торговля фруктовыми и бакалейными товарами, а на ночь в этом помещении ставится лошадь; на вопрос некоторых лиц, зачем это делается, торговец М. К. (из татар) отвечает: "Лошадь у меня дорогой, могут карбчить, а товару от этого ничего не сделается". (На месте описанного дома сейчас стоит филармония).

Не было предела возмущению одной из покупательниц, обнаружившей в ведре с квасом, купленном в лавке на улице Разъездной (район нынешней Сакко), 35 тараканов".

Анатолий Кононенко анализирует судьбы людей, которые руководили городом, приводит факты из их биографий, и читатель зримо может представить персонажей. Живая история не может не волновать, стало быть, книга обретет своего читателя.

Я сделала немало маргиналий, о том публично уведомляю автора. Читателям дополнительно сообщаю: Анатолий Кононенко в 1990 году с отличием окончил исторический факультет ТюмГУ, защитил кандидатскую и докторскую диссертации.

Новая монография "Тюмень на рубеже веков: город и его жители в 1900-1917 гг." – своеобразная благодарность преподавателям университета, которые проявили участие в профессиональном становлении Анатолия Кононенко и его дальнейшем росте как ученого.

Автор прав, очень важно ценить людей и быть благодарным.