Татьянины перины

В Тобольске много долгожителей, но та, о которой хочу рассказать, рекордсмен.

Татьяна Дмитриевна Глушкова — самая настоящая Татьяна, потому что родилась в Татьянин день, 25 января. Кстати, и её бабушка Татьяна тоже родилась в Татьянин день. Вот такая необычная семейная традиция.

Татьяну Дмитриевну, проживающую с дочерью и зятем в большом двухэтажном доме, чуть поодаль от которого плотной стеной стоят ели-исполины, я застала в её большой просторной комнате в два окна за чтением свежего номера "Тобольской правды". Чтобы лучше видеть, она читала при включённой настольной лампе. Пожаловалась, что зрение ухудшилось, хорошо хоть пока очки спасают. Честно говоря, не нашлась, что ей на это сказать, ведь Татьяне Дмитриевне 25 января исполнился 101 год.

На столике рядом с газетами — моток шерстяных ниток. Из них бабушка Таня вяжет носки, такие тёплые, что в них никакая лютая зима не страшна. Овечью шерсть, как рассказывает старушка, ей родственники с Кубани посылкой отправили. Ну, а она потеребила да нитки напряла. Прялку попросила зятя сделать, сама же ему и подсказала, как. Теперь вечерами есть чем заняться. Чтение газет и вязание её больше занимают, нежели телевизор. Но и его смотрит. Любит передачи "Жди меня", "Играй, гармонь". А за просмотром и семечки пощелкает, благо что зубы почти все на месте.

Словно царский трон возвышается в её комнате кровать. Её перевезли вместе с хозяйкой из Вагая. На кровати — большая перина и две подушки. Татьяна Дмитриевна каждое утро взбивает перину и подушки. Аккуратно застилает их покрывалом и ажурными накидушками. А в течение дня ни разу не приляжет! Даже если задремлет, то сидя в кресле. Одно слово — деревенская закваска. С восьми лет и до глубокой старости трудилась Татьяна не покладая рук. А сколько потрясений выпало на её долю, не счесть: революция, Гражданская война, коллективизация, Великая Отечественная, послевоенное восстановление сельского хозяйства…

Татьяна Дмитриевна не стала рассказывать о своей нелёгкой жизни, но обронила одну очень ёмкую фразу:

— Как бы трудно нам ни было без мужиков в войну в колхозе, но мы поля не зарастили: пахали, сеяли, жали.

Хозяйка, чем немало удивила, проводила меня до порога, ловко спустившись по длинной и довольно крутой лестнице (она по ней за день не один раз спускается и поднимается), и пожелала на прощанье здоровья и успехов.