Юрий Водилов: «У каждой реки должен быть хозяин!»

За плечами генерального директора ООО "Компания "Сибрыбпром" Юрия Водилова 38 лет работы в рыбной отрасли. Из них без малого три десятка лет он является руководителем предприятия.

Отец дал мне многое

— Родился я 12 июля 1953 года в Новозаимском районе, ныне это Заводоуковский городской округ. Детство прошло в селе Боровинке. Родители мои — простые колхозники. Отец Афанасий Дмитриевич трудился трактористом, затем стал бригадиром. Мама Клавдия Константиновна работала телятницей.

Отца, к сожалению, сегодня нет с нами, до сих пор считаю его своим главным учителем. Он был, я бы сказал, человеком трудолюбивым, честным, и в то же время душой компании. Во время покоса вечерами люди собирались у костра, и отец веселил всех различными байками и историями, которых у него в запасе было, как говорится, вагон и маленькая тележка.

Очень любил порядок, где бы ни было. Дома, в ограде, на огороде. В семье кроме меня росли два моих младших брата, и он нас рано приучил к труду. Про сенокос я уже рассказывал. Огород, колка дров, какие-то другие домашние дела не обходились без нас. Вспоминаю зиму. Утром отец командует: "Вперед, на уборку снега!" Мы берем свои лопатки и идём вместе с ним. Наведём порядок, выходим на улицу. Оказывается, самая чистая усадьба — наша, у других всё снегом завалено…

Рядом с огородом был небольшой пруд, куда мы с ним ходили порыбачить. Таскали на удочку гольянов и карасей.

В детстве хотел быть моряком. В школе учился хорошо, разве что иностранный язык плохо давался. Пацаном я рос спортивным, очень любил кататься на лыжах. И вообще в классе был заводилой.

Позже учился в Новой Заимке. После окончания школы с несколькими одноклассниками поехали в Тобольск. Отдали документы в речное училище. Проучился там два года, получил специальность рулевого-моториста. Там же начал заниматься боксом, как-то даже победил на городских соревнованиях по линии спортобщества "Трудовые резервы". А затем осенью 1971 года меня призвали на Тихоокеанский флот.

Шесть месяцев во Владивостоке в учебном отряде, а дальше мой путь лежал на Камчатку, в бухту Финвал, где находилась база подводных лодок. Меня определили на дизельную подлодку БЧ-5 командиром машинного отделения. Командовал лодкой капитан III ранга Янчуркин. Позже был назначен командиром отсека, затем строевым старшиной команды. Что такое флот? Это дружба, взаимовыручка, коллективизм и колоссальное чувство ответственности. Каждый из нас, отвечая за свою работу, всегда знал: в случае чего ты подведёшь не только себя, но и весь экипаж. А это 90 человек. Поэтому старались все.

Отцовская любовь к порядку передалась и мне. В отсеке всегда была чистота, ничего лишнего. Как-то на лодке проходил смотр по знаниям Устава и матчасти. Наш отсек признали лучшим, а мне в качестве поощрения дали 30-дневный отпуск. Да, на флоте вновь стал заниматься боксом, неплохо выступил на соревнованиях, посвящённых 40-летию Тихоокеанского флота. Бокс мне помог держать удар в жизни.

Бывало, когда всплывали на поверхность, над нами проносились американские самолёты "Орион", кидали в воду какие-то буи, фотографировали. Вообще, самым ответственным моментом для всего экипажа было, когда лодка шла под дизелями. Тут все нервы на пределе.

Что ещё? Хотя сейчас об этом не модно говорить, но вам скажу: на подлодке я стал кандидатом в члены КПСС. Незадолго до увольнения в запас командир лодки вызвал меня на разговор. Предлагал остаться, связать свою дальнейшую судьбу с флотом. Тем более я уже имел звание главного корабельного старшины, пользовался у сослуживцев большим авторитетом. Обещал подумать. Но…

От слесаря до директора

— Приехал домой, и вскоре сильно заболел отец. Пока то, сё — время прошло. Нужно было жить дальше. В декабре 1974 года, как сейчас помню, 28-го числа, приехал в Салехард в гости к родственникам. Первое впечатление: город показался мне неуютным, да и зима в том году выдалась холодной. Но как-то быстро привык и полюбил его всем сердцем.

Устроился на работу слесарем в котельную рыбокомбината. Стал активно заниматься общественной работой, и вскоре меня избрали секретарём комитета ВЛКСМ, затем возглавил местную парторганизацию. Но куда без высшего образования? И по направлению предприятия я уехал учиться в Астраханский институт рыбного хозяйства. К тому времени уже был женат. Супруга Алла, кстати, окончила тот же вуз.

Поступил на очное отделение. По старой привычке включился в общественную работу, возглавил факультетский комитет комсомола. По комсомольской линии удалось побывать в Германской Демократической Республике. Тогда такие поездки называли "по обмену опытом". В течение десяти дней мы ездили на предприятия, в учебные заведения, где общались с немецкой молодёжью. Памятной стала поездка в Дрезден, в знаменитую картинную галерею. Честно скажу: меня очень поразило то, что этот город, переживший жуткие бомбардировки, был гораздо чище и красивее, чем Астрахань.

После 4-го курса перевёлся на заочное отделение и вернулся в Салехард. Какое-то время поработал на комбинате мастером, а затем меня назначили его директором и одновременно заместителем директора по переработке объединения "Ямалрыба". Наше предприятие было градообразующим. В день мы перерабатывали до 150 тонн рыбы, выпускали 15 миллионов штук консервов.

Кстати, в мою бытность директором комбинат стал активно строить жильё, причём со всеми коммунальными удобствами: водопроводом, центральным отоплением, канализацией. Потому что для заводчан эта проблема была наиболее острой, и требовалось её решать. Что мы успешно и делали.

Как я попал в Тюмень? В 1986 году меня вызвал в обком партии его первый секретарь Геннадий Павлович Богомяков и предложил стать во главе объединения "Сибрыбпром". Какое-то время я не соглашался на перевод, но затем понял: от такого предложения грех отказываться. С высоты сегодняшнего дня считаю, что поступил тогда правильно.

Что такое "Сибрыбпром" в середине 80-х? Только не пугайтесь! Крупнейшее рыбопромышленное объединение в Советском Союзе после ленинградского: 18 тысяч работающих, 37 дочерних предприятий, свои научный институт и строительный трест. Продукцию отправляли в 50 стран мира! В год перерабатывали до 35 тыс. тонн собственной рыбы, плюс ещё семь — океанической.

А потом в страну пришла перестройка. Наступило время, когда благодаря горбачёвской "демократизации" первые руководители должны были не назначаться, а избираться трудовым коллективом. На Тазовском рыбозаводе директором избрали чуть ли не бывшего киномеханика. Так он за полгода его развалил! Люди мне писали письма, слали телеграммы: "Уберите его от нас!" Вот такие были времена.

Лучше не стало и в начале 90-х. Первым делом в "самостоятельное плавание" ушли предприятия северных округов. Собственно, они ещё в советское время косо поглядывали в сторону Тюмени. Всё просили, чтобы им оставили больше рыбы. Добыча рыбы резко упала — с 30 до 12 тыс. тонн. Как мог пытался сохранить объединение. Понимал, что если мы развалимся, то на рыбной отрасли в Тюменской области можно смело поставить крест.

В апреле 1991 года в Салехарде с рабочим визитом побывал первый президент РСФСР Борис Ельцин. Подошёл к Борису Николаевичу с предложением, чтобы как-то на законном основании закрепить за "Сибрыбпромом" северные реки. Конечно, ни о какой приватизации речи тогда быть не могло. Но: у реки должен быть хозяин! Он внимательно выслушал меня и сказал: "Готовь бумаги с предложением". Бумаги-то я подготовил, но, наверное, они до сих пор болтаются где-нибудь в высоких кабинетах, если их не выбросили за ненадобностью.

Будни, будни…

— Мы остались у разбитого корыта. Нужно было что-то делать. Собрали, образно говоря, всё, что у нас осталось: Тюменский рыбокомбинат, рыбопитомники. Позже к нам присоединилось Тобольское судостроительное предприятие. И в марте 1994 года зарегистрировали предприятие, которому я решил дать название "Сибрыбпром".

Начинали с малого. Из Мурманска стали получать секциями скумбрию и сельдь, перерабатывали рыбу собственными силами, затем реализовывали. Появились какие-то деньги. Для начала отремонтировали все рыбопитомники, привели в порядок прудовое хозяйство.

Именно тогда ко мне вдруг пришла мысль: а почему бы не выращивать в Тюмени осетровые виды рыб? Так, в 1996 году в селе Червишево было создано ООО "Пышма-96", занимающееся производством рыбопосадочного материала и товарной рыбы. В этом вопросе нам очень помог тогдашний губернатор Тюменской области Леонид Юлианович Рокецкий. Сегодня это одно из лучших предприятий в регионе в своём сегменте.

Технологию разведения осетровых мы успешно освоили. Сегодня выращиваем их в собственных водоёмах. В 2012 году впервые получили чёрную икру. Для её фасовки закупили соответствующее импортное высокотехнологичное оборудование: вакуум-закаточную машину, упаковочную машину фирмы "Мультивак" для фасовки любых рыбопродуктов, устройство для нарезки филейных полутуш. Располагаем также неплохой производственной базой с цехами, холодильниками, складскими помещениями.

Летом 2014 года на территории ООО "Пышма-96" был открыт осетровый рыбоводный завод на 100 тонн товарного осетра и прочей живой тепловодной рыбы. Если же говорить об ассортименте, то сегодня мы готовы предложить потребителям рыбной продукции порядка 280 наименований: горячего копчения, деликатесной, балычной, охлаждённой, вяленой, солёной, различных пресервов.

Мы постоянно ощущаем финансовую поддержку со стороны правительства Тюменской области. Только для развития ООО "Пышма-96" в 2014 году было выделено 27 млн руб.

В советское время за основу были взяты озёрно-товарные хозяйства. А необходимо было параллельно развивать и прудовые! В наши пруды, что в Червишево (их у нас около 600 га), вода в весеннее половодье сама заходит, а осенью выходит. И не нужно закачивать туда воду насосами, а это уже совсем другие затраты. В зимнее время мы добавляем в пруды обогащённые кислородом геотермальные воды, благо имеется своя скважина. Поэтому рыба, содержащаяся в них, — те же сом, карп и форель, — имеет возможность полноценного питания даже в холодную зиму. Что это даёт? Да она растёт круглый год!

Выращиваем порядка десяти видов рыб. Это стерлядь, осетр, теляпия, толстолобик, карп, форель, карась, амур… В наших водах даже сом прижился! Кстати, о соме. Сегодня это неплохая альтернатива океаническому минтаю, который, не знаю уже, по чьему указу, накрепко "прописался" в школьных и студенческих столовых, на предприятиях общественного питания. И вот почему. Рыбу, чтобы она не потеряла свои питательные качества, нужно замораживать всего один раз. Не думаю, что так происходит с минтаем, потому как слишком долгий путь он проделывает до тюменского прилавка. От нескольких заморозок это уже не рыбье мясо получается, а клетчатка!

Известно, что сом и минтай близки по многим показателям: по наличию белков, кислот, полинасыщенных жиров. К тому же мясо сома — нежное и менее костистое, имеет сладковатый приятный привкус, быстрее готовится, не требует долгой термической обработки, а местный сом ещё и не нуждается в заморозке.

Санкции нам не страшны

— А если говорить о культуре потребления рыбы вообще, то нужно идти по пути Запада, который уже давно употребляет в пищу не замороженную — обратите внимание! — живую охлаждённую рыбу. И вообще, рыбная продукция обязательно должна присутствовать в рационе любого человека. Она богата практически всеми витаминами, необходимыми для жизнедеятельности человека.

Санкции? Ими нас не испугать! Во всяком случае, силами своего предприятия мы готовы накормить рыбой всю Тюмень. Наша главная задача — накормить людей. Готовы хоть сегодня выставить на прилавок, к примеру, 1800 тонн того же сома. Но санкции всё-таки нас не обошли. Почти в два раза подорожал так называемый стартовый корм, который мы используем для развития личинок. Ещё резко подскочила в цене местное океаническое сырьё. Здесь я только развожу руками…

Меня очень беспокоит снижение поголовья муксуна в Обь-Иртышском бассейне. Дошло до того, что в прошлом июне рыбохозяйственный совет ЯНАО наложил запрет на его ловлю в 2014 году. Но сегодня-то уже 2015-й… А осётр? В 70-е годы добывалось порядка 2000 тонн "царь-рыбы", зато теперь она занесена в Красную книгу. На очереди муксун, щёкур, сырок… Я всегда называл Обь "рекой-кормилицей". Именно называл. Потому что ныне там властвуют браконьеры. Для того чтобы они не угробили последнее, нужно усилить контроль за водоёмами, навести порядок на реке. Без весомой господдержки здесь не обойтись. Иначе потомки нам этого не простят.

О планах на будущее? Продолжим своё дальнейшее развитие. Хотим расширить рыборазводное направление за счёт увеличения новых видов рыб. Почему бы, скажем, не выращивать в наших водоёмах того же сырка или щёкура? Обязательно будем расширять прудовое хозяйство. Также собираемся построить новый цех по воспроизводству сиговых рыб.

Ну, а самое главное — хочется сохранить рыбную отрасль в Тюменской области. Всегда говорил и говорю: потомки нам, в том числе Водилову, не простят, если мы её не сохраним.