Энергетика Протозанова

Вчера Александру Протозанову исполнилось бы 100 лет. Этому человеку Тюменская область обязана своим нынешним нефтегазовым благополучием.

Специально к юбилею Александра Протозанова благодарные тюменцы издали толстую книгу "Лидер нефтегазовой революции".

В Тюмень Александр Протозанов попал против своей воли. Уроженец Киева, выпускник Московского института цветных металлов и золота успел к тому времени получить крепкую закалку на партийной работе.

В первые дни войны по решению ЦК ВКП(б) свежеиспечённого горного инженера направляют на Алтай. Здесь он возглавит отдел горнорудной промышленности Алтайского крайкома партии. После освобождения оккупированных территорий 30-летнего Протозанова переводят в ЦК ВКП(б) Белорусской ССР — заместителем заведующего орготделом. Как вспоминал Александр Константинович, кулацко-националистические элементы ещё долго взрывали мосты, жгли амбары, убивали партийных и советских работников.

Через три с половиной года Протозанова забирают из Минска в Москву под начало Михаила Суслова, возглавлявшего Управление по проверке партийных органов ЦК ВКП(б). В январе 1952-го следует назначение в Ижевск — секретарём Удмуртского обкома по промышленности. Незадолго до этого Протозанов проверял работу парторганизации автономной республики и отметил серьёзные ошибки: "Руководство плохо занимается воспитанием коммунистов, рабочих и ИТР промышленных предприятий в духе социалистического отношения к труду, на заводах велики непроизводительные расходы, недостаточна борьба за режим экономии, бесхозяйственно расходуются сырьё, топливо, электроэнергия, в продаже отсутствуют молочные продукты, картофель и овощи".

Удмуртия в годы холодной войны являлась стратегически важным регионом. Зздесь выпускали автоматы Калашникова, пушки и мотоциклы, выплавляли сталь особого назначения, производили оборудование для атомной промышленности. При этом даже столица республики производила удручающее впечатление. При Протозанове в Удмуртии начался строительный бум.

Осенью 1956-го секретаря срочно командируют в Будапешт. Следом за польским восстанием на улицы вышли сотни тысяч венгров, протестующих против просоветского правительства. СССР бросил на подавление революции два десятка дивизий и свыше трёх тысяч танков под командованием Жукова… "Навели порядок в Европе", — так немногословно прокомментировал итоги затянувшейся на несколько месяцев зарубежной командировки Александр Протозанов.

Незадолго до нового 1957 года Александра Протозанова, к тому времени первого зампреда Совнархоза Удмуртии, вызвали в ЦК — предложили Тюмень. "В Венгрию поехал, в Тюмень не поеду", — таким был первый ответ на поступившее предложение. Через две недели Протозанов вынужден был сдаться. И 10 января 1958-го его утвердили в должности секретаря Тюменского обкома КПСС.

Протозанов отбивался не случайно. Ещё работая в ЦК ВКП(б), он полтора месяца колесил по Тюменской области с инспекционной проверкой. "Была одна железная дорога из Свердловска до Омска, — рассказывал впоследствии в интервью о первых тюменских впечатлениях Александр Константинович. — И больше ничего не было! Абсолютно ничего! Ни одной электростанции. Ну, ни чёрта! Областной центр — деревня! И столица деревень!"

Первым делом Протозанов, которому поручили развивать промышленность, отправился к геологам. За 20 дней в длинном тулупе на конных санях он объехал буровые и сейсмопартии Ханты-Мансийской, Нарыкарской, Берёзовской и Сартыньинской экспедиций. Затем совершил инспекционную поездку в Сургут, где работали экспедиции Новосибирского геологического управления. И если тюменские геологи могли похвастаться открытием Берёзовского месторождения, то сибиряки топтались на месте. Более того, в 1959-м поисково-разведочные работы на нефть планировали свернуть ввиду неперспективности.

С приходом Протозанова на заседаниях стали говорить не столько о рыбе и лесе, сколько о геологии. Сургутскую нефтеразведку переподчинили Тюменскому геологическому управлению. В разговорах с первооткрывателями секретарь рисовал радужные картины: "Давайте побыстрее нефть, и тогда появятся здесь современные города, заводы, дороги. Я не шучу, не фантазирую. Так и будет!"

9 января 1960-го Протозанова назначают председателем облисполкома. Новому руководителю пришлось сразу же подключиться к возведению Дома Советов. Ускорение получило строительство Тюменской ТЭЦ (первый турбогенератор на 25 мегаватт запустили в октябре 1960-го), завода медоборудования и инструментов (его сдали в 1962-м), областной больницы.

В марте 1960-го облисполком принимает решение о выделении площадки под строительство камвольно-суконного комбината. С Ленгипрогором согласовали проект застройки областного центра, численность которого за четверть века должна была увеличиться с существовавших тогда 154 тысяч до 380 тысяч человек. Пришлось изрядно пободаться с Госпланом РСФСР, который планировал, что к 1985 году в Тюмени будут проживать не более 290 тысяч человек.

В 1960-м облисполком утвердил задание на строительство в границах улиц Энергетиков, Киевской и Минской целого городка — со школами, детскими садами и магазинами, который получил название посёлка "ТЭЦстроя". В 1961-м началось проектирование ещё одного района — КПД, где появились первые крупнопанельные дома. Одновременно строился завод КПД. Благодаря хрущёвкам сотни тюменцев смогли перебраться из бараков и подвалов в собственные квартиры.

В 1960-м Протозанов обратился в Главное управление Гражданского воздушного флота СССР с просьбой построить в аэропорту Плеханово бетонную взлётно-посадочную полосу: грунтовая в распутицу была просто не пригодна для эксплуатации. А воздушный транспорт являлся единственным средством связи с северными районами… Одновременно облисполком утвердил так называемые титульные списки строительства аэропортов в Тобольске, Урае, Берёзово, Ханты-Мансийске, а также жилых домов для Тюменской авиагруппы. Протозанов предложил начальнику авиационного главка ходатайствовать в Совет министров РСФСР о выделении в 1961-1965 годах ассигнований на строительство аж 23 аэропортов, в том числе в селе Нижневартовское, Сургуте, Новом Порту, Тарко-Сале.

Именно он подписал распоряжение о строительстве на озере Большой Тараскуль бальнео-грязевого санатория и обязал облплан внести предложения об обеспечении объекта местными строительными материалами, сооружении подъездных путей с твёрдым покрытием, подведении электросетей и строительстве жилья для персонала.

Александра Протозанова часто называют крёстным отцом многих важнейших объектов. Скажем, пробивая идею открытия в Тюмени мединститута, он дошёл до Алексея Косыгина (в то время зампреда Совета министров СССР). И вуз открыли в 1963-м — несмотря на жёсткое сопротивление Минздрава и Совмина РСФСР. Причём учебный корпус возводили методом народной стройки.

В январе 1963-го Никита Хрущёв проводит очередной эксперимент — по всей стране партийные организации делят на промышленные и сельскохозяйственные. В Тюмени сельскохозяйственный обком КПСС возглавил Борис Щербина. Промышленный обком доверили Александру Протозанову. Под его начало перешли 195 предприятий, обеспечивающих 79 процентов валовой продукции огромной области.

На первом же пленуме промышленный обком принял решения об улучшении работы строительных организаций области, усилении геологоразведочных работ на нефть, газ, твёрдые полезные ископаемые и нерудное сырьё. Тогда же Протозанов настоял на создании в Тюмени управления по развитию нефтяной и газовой промышленности. Вскоре оно преобразовалось в объединение "Тюменнефтегаз", которое в 1965-м послужило крепкой основой для Главтюменнефтегаза.

Но едва ли не самым главным итогом деятельности Протозанова на посту первого секретаря стало постановление Совета министров СССР "Об организации подготовительных работ по промышленному освоению открытых нефтяных и газовых месторождений и о дальнейшем развитии геологоразведочных работ в Тюменской области". Используя свои связи в высших эшелонах власти и присущую ему настойчивость, он в буквальном смысле пробил постановление. Ведь изначально на предложение Протозанова зампред Госплана РСФСР наложил следующую резолюцию: "Огромные запасы нефти и газа, о которых много говорят тюменцы, не более чем плод провинциального и больного воображения".

Александр Протозанов, заручившись поддержкой Алексея Косыгина и Николая Байбакова, дошёл до самого Никиты Хрущёва, который отнёсся к идеям тюменцев весьма лояльно. Постановление Совмина СССР от 4 декабря 1963-го обязывало правительство РСФСР обеспечить подготовку к промышленному освоению запасов нефти и газа в Тюменской области и организовать пробную эксплуатацию открытых месторождений уже в 1964-1965 годах.

Протозанов пробил создание в Тюмени индустриального института для подготовки собственных инженерных кадров. Хотя Министерство образования было категорически против. Первый секретарь пошёл на хитрость и заявил министру: Хрущёв на заседании президиума ЦК сказал, что раз в области начали добывать нефть, то пусть готовят и свои кадры.

Партийный эксперимент продолжался недолго. Отраслевые партийные организации объединили. В декабре 1964-го на пленуме Тюменского объединённого обкома КПСС первым секретарём избрали более молодого, 45-летнего Бориса Щербину. Александр Протозанов 50-ти лет от роду стал вторым секретарём. Судя по воспоминаниям, оба руководителя были личностями с ярко выраженными лидерскими качествами. При этом резко отличались по темпераменту: взрывной, резкий Протозанов предпочитал идти напролом, а внешне спокойный Щербина был мастером аппаратной интриги. Их называли порой двумя медведями, которым было тесно в одной берлоге.

В течение пяти лет Протозанов продолжал курировать геологию, нефтяную и газовую промышленность, строительство и транспорт. Второй секретарь участвовал в разработке проектов множества постановлений. В частности, по ускоренной подготовке Пунгинского газового месторождения и Шаимской группы нефтяных месторождений к промышленной эксплуатации, строительству газопровода Игрим — Серов и нефтепровода Шаим — Тюмень. Позднее в повестке дня появился Самот-лор. При этом именно Протозанов вёл "промышленные" пленумы обкома.

В 1968-м Александр Протозанов вместе с Борисом Щербиной сопровождает председателя Совета министров СССР в поездке по Тюменской области. И по её итогам готовит в правительство более тридцати записок — о комплексном использовании лесосырьевых ресурсов, восстановлении рыбных запасов, развитии предприятий строительной индустрии. Протозанов обосновывает необходимость включения в план развития народного хозяйства СССР на 1971-1975 годы строительство в Тюменской области нефтехимического комплекса, трёх газобензиновых заводов, предприятий по выпуску грузовиков повышенной проходимости, вездеходного транспорта, бурового и промыслового оборудования, средств автоматики. Пишет проект постановления Совмина по строительству в Тобольске нефтехимического комбината.

Осенью 1969-го Протозанова переводят на должность первого секретаря в Усть-Каменогорск. Восточно-Казахстанская область занимала лидирующие позиции в Стране Советов по производству цветных и редких металлов. Здесь действовали мощнейшие свинцово-цинковые, полиметаллические, титаномагниевые, химико-металлургические комбинаты и машиностроительные заводы. В стратегическом регионе чувствовалась тенденция к застою. Протозанов с его темпераментом и энергетикой как никто другой способен был придать территории необходимую ей динамику.

Александр Протозанов, вросший корнями в тюменскую землю, пытался сопротивляться. Но с решением партии спорить было бесполезно.